- Пойдем мы с вами не самыми обычными путями, - мягко и в то же время весьма лукаво усмехнулся Габриэль, выводя девушку из паба и осматриваясь, чтобы не попасться в ловушку к милому доктору, выжившему из ума, - хотя вы могли и заметить, что обычные пути - это как-то скучно.
Мужчина легко перемахнул через невысокую оградку и помог перебраться юной фее. Как ни странно, это кладбище находилось около самого паба, словно бы и не было угрозы всяких странных существ полуразложившегося состояния и вида, далеко не розами благоухающих.
- Те, кого мы увидим, - негромко рассказывал охотник, уверенно вышагивая промеж резных надгробий с разными завитушками, - когда-то давно были такими же, как и я. Точнее, не такими, но людьми. По большей части, они на редкость красивы, умны, сильны, образованы. Конечно, исключая некоторых индивидуумов, но в семье не без "умников". Те, к кому мы идем, поддерживают Маскарад - свод правил, позволивших им пережить Инквизицию и стать одной из самых сильных организаций, поддерживающих тайно власть. Они зовут себя Камарильей. Правят ими тринадцать Старейшин, которых иногда зовут Патриархами, хоть это и не совсем верно. Если захотите, леди, я вам потом расскажу побольше о них, - брюнет поправил шляпу, однако лица не закрыл, была очень большая угроза, что в нем не признаю одного из охотников. - Конкретно сейчас мы идем в один из склепов Камарильи, ведущих в подземелья, где в данное время скрывается один из тех, кто нам нужен. Вампир по имени Иаков, один из членов клана Тореадор. Это клан, который отличается своей наибольшей близостью к человечеству. Деятели культуры, художники, музыканты... в любой ветви искусства обязательно будет хоть один Тореадор, который будет курировать и учить гениев. Иногда и сами гении становятся вампирами, - мужчина усмехнулся и открыл перед девушкой небольшую калитку, ведущую в большой дом-склеп. - Дамы вперед. Такую красавицу ни один вампир не тронет, уж поверьте. Особенно Тореадор.

Габриэль  не слишком переживал за молоденькую фею, потому как были причины. А они были в том, что Иаков любил нападать со спины на последнего, но запах Хельсинга он чуял чуть ли не за пару километров. Наверняка он уже знал, что старый добрый знакомый пришел по его душу с некоей девушкой.
- Слухами земля полнится, мальчик, - на ближайшем каменном гробу в старом склепе сидел подросток немногим старше внешне самой Джек, с золотыми кучерявыми волосами ниже лопаток, большими зелеными глазами, сейчас лукаво прищуренными, и бледной кожей. Наверное, даже белее мела, мужчина не задумывался. Фигура у вампира была примерно такая же, как ее любят описывать в своих дневниках томные роматнтично-готичные барышни: его могли сравнить с "цветочным эльфом", "стан тонкий и изящный, как колышущийся на ветру камыш", а "тонкости и изящности черт его миловидного лица позавидовали бы боги". Увы, сам охотник не был подвержен таким иллюзиям: во-первых, он натурал, а во-вторых, сам знает, как сильно могут сжать горло эти хрупкие нежные пальчики и с какой жестокостью расправляется с жертвами этот "хрупкий эльфийский принц".
- Добрый вечер, Иаков, - вежливо поздоровался с  вампиром охотник, стараясь не злить эту улыбчивую заразу. За свои сколько-то сотен лет жизни он успел уже слегка тронуться. - Не подскажешь, не терял ли кто из вашей верхушки колечко?
- Дай подумать... Не помню! Стар стал, память совсем ни к  черту, - легкомысленно пожал плечами блондин. - Я сейчас сбегаю к нашим и поспрашиваю, ага?
- Да, хорошо, - сам брюнет ни капли не купился на маску мальчика-колокольчика, а вот насчет феи он не был уверен, ее вполне могла обмануть шкура овечки поверх волчьей натуры. Но стоило только вампиру скрыться подальше, как мужчина с нескрываемым раздражением проворчал:
- Все ты помнишь, старый лис...

- Он может и обидеться за такие стихи, - не сказать, что Хельсинга не позабавила эта песенка, весьма точно отражающая суть натуры Тореадоров в целом, даже не отдельной личности. Но вот вампиры, как и люди, попадались разные. Среди них были и такие, которые с возрастом так и не научились относиться к людям как к детям, а уж ума прибавлялось далеко не у всех. Сложности начинались уже на этапе понимания вампирами людей и смены личностей в сторону преимуществ и особенностей кланов. Так, большинство Малквиан сходило с ума и обретало весьма экстравагантную манеру речи, а Вентру весьма неплохо косили под аристократию. Но это уже было на совести самих Патриархов, которые породили тринадцать самых могущественных кланов.
- А вот и я! - Иаков появился примерно так же быстро, как и исчез. - Наши сказали, что примерно месяц нахзад пропал у них один из Старейшин. Дедуле не терпелось обратить какую-то молоденькую певичку из бульварных, видимо, слишком уж чарующим стал голосок для старого маразматика...
- Договоришься же однажды, - предупредил по-дружески охотник. Но вампир не внял голосу здравого смысла.
- Короче, в чем проблема. Нашли его одежду недалеко от старого района города, где живут одни мелкие сошки, никаких охотников, да и среди заезжих даже Носферату чужаков и вашего сброда не нашли, - блондин смешно всплеснул руками и сложил губки бантиком. И это грозный вампир с полувековой славой изощренного убийцы... - Все подозрение, Хелс, только на тебя. Так что жди однажды гостей на квартирке, Шерифа с Ла Круа не предреку, а вот кого из ищеек может и занести непопутным ветром.
- А дела-то совсем плохи... - тихо хмыкнул брюнет, щурясь и прикрывая губы рукой, размышляя. Если подозрение падает и на него тоже, гораздо безопаснее Джек было бы в их пабе, с кучей охотников, вооруженных до костей. С ним одним - это противостояние как Джекилу, явно съехашему с катушек, и нескольким кланам. Спасибо, что Кровавую Охоту не объявили... А то можно было сразу кутаться в саван и ползти гусеницей в уютную могилку.
- А что, у вас там заварушка? - Тореадор прямо с креста спрыгнул на грешную землю и подскочил к  "старому другу", попутно оценивающе окинув взглядом фею и жеманно поведя плечами. - Неужто ручной зверек Ватикана снова впутался в новую историю?
- А есть тут одна историйка. Со свихнувшимся ученым, который расплатился этим колечком с девушкой, - кивнул в сторону отчего-то молчаливой феи мужчина, скрестив руки на груди. - И сразу предвосхищая твой вопрос, она не из тех, о ком ты подумал.
- А может, я подумал о певичках из кабаре, - невинно пожал плечами блондин, но судя по виновато забегавшему взгляду, охотник довольно легко и верно его раскусил.
- Это тоже будет на твоей совести. гей несчастный, - отмахнулся Габриэль, поморщившись.
- Ну, вы тут решайте свои дела, а я посплю, - счастливый, что быстро отделался, вампир шмыгнул к одному из гробов и устроился рядом с лежавшим внутри скелетом. - Мортиша, свет очей моих и закат разума, что вы делаете сегодня ночью? Догниваете? Какая прелесть! Пожалуй, ваш приветственный оскал весьма меня усыпляет...
- Совсем из ума выживает, - поежился брюнет, морщась. - Однажды его свои же и прибьют.

В такие минуты Габриэль искрене радовался, что давно перерос свои двадцать и теперь мог с полным правом контролировать хотя бы внешние проявления своих чувств - иначе, вот как пить дать, раскраснелся бы и начал говорить более чем заплетающимся языком. Все же Джек была (и есть) весьма красивой девушкой, а охотник был абсолютно нормальнмы в этом плане мужчиной. Поэтому когда фея сказала про утро, брюнет с трудом заставил сови мысли вернуться в приличное русло и думать о том, что надо осмотреть район.
- Конечно, утром. Тем более, что сейчас нас охраняет целая вампирская свора, - серьезно кивнул Ван Хельсинг, возвращая на лицо серьезность и вытаскивая откуда-то припрятанный и явно вычещенный и неиспользованный гроб. - Джекил сюда не сунется... Желаете прилечь, мисс? - мужчина приветливо откинул крышку и продемонстрировал чистое мягкое нутро. - Не царская перина, да и прохладно может быть, а по утрам - еще и страшно, но более адекватного ничего нет.
Сам же мужчина устроился на полу, подложив под спину теплый плащ и прикрыв лицо шляпой, тихонько фыркнув и чихнув от пыли, накопившейся тут за долгое время. "Надо будет уболтать Иакова хорошенько протереть тут все. Осталось придумать, как бы так намекнуть, чтобы он не отмахнулся и не послал куда подальше..." - полусонно подумал мужчина. О том, что вампиры не нападут на негои Джек, он знал наверняка - Камарилья не пожелает связываться с Ватиканом и их покровителями и защитниками. Сейчас его больше волновала сама фея, пусть бы Габриэль и не хотел этого показывать.

Впервые за долгое время мужчина довольно крепко заснул, полностью доверившись Иакову, который, несмотря на свою психованность, все равно оставался весьма умным и сильным существом, а еще хитрым и коварным. Но он точно не стал бы нападать на беззащитных путников, которые доверили ему свои жизни. Да, это не нарушит кодекс Маскарада, но совесть и честь клана не позволила бы напасть на гостя даже Малкавианам, известным своей психованностью. А Иаков уж точно не сможет предать, не тот... кхм... вампир.
Единственное, что немного нервировало, - это то, что фея не могла уснуть. Поэтому охотник дождался, пока Джек уляжется, а потом поднялся и осторожно укрыл девушку своим плащом, чтобы ей было теплее. Да, это было не слишком хорошее одеяло, зато плащ был очень теплым и довольно мягким. А потом и сам лег обратно, на еще теплые камни, надеясь, что не подхватит никакую заразу...
Утро пришло вместе с громким грохотом от возни вампира, напевавшего какую-то песенку складным мягким голосом.
- Ты можешь не шуметь так? - тихо прошипел мужчина, поднимая шляпу с глаз и глядя на расшумевшегося блондина, как удав на потенциальный завтрак.
- А что такое? Я вам завтрак принес. Вкусный. Просто замечательный! - вампир широко улыбнулся и поставил на низенький каменный столик, служивший обычно для ваз с цветами. На подносике и в корзинке лежали разные фрукты, явно свежие, что в это время года было огромной редкостью. Кажется, было и какое-то мясо, и немного сдобы... "Хорошо вампиры живут..." - втайне восхитился охотник, ио даже в Ордене достать что-то подобное было довольно сложно даже вполне высоким чинам, не то что рядовым солдатам церкви.
- Дождемся, пока Джек проснется, а потом уже дальше что-то решать будем, - тихо хмыкнул брюнет, прикрыв глаза и потрепав блондина по волосам, как мальчишку. - Спасибо.
- Ой, да ладно! Все хорошо! - и вот поверь, что ему пятьсот лет. Этому Габриэль не переставал удивляться.